Должность обязывает улыбаться: кто нанимает директоров по счастью

Что такое счастье

Над этим вопросом человечество бьется уже не одно тысячелетие. Например, Аристотель видел путь к счастью в разумных поступках, раскрытии потенциала и самосовершенствовании. Эпикур, напротив, сводил его к наслаждению и отсутствию страданий. С тех пор прошло 2,5 тысячи лет, а единого определения так и не появилось.

Основатель позитивной психологии Мартин Селигман в книге «Путь к процветанию» замечает: из-за слишком частого употребления понятие «счастье» растеряло весь практический и научный смысл. В массовой культуре оно срослось с хорошим настроением, позитивом и сиюминутным удовольствием. Поэтому Селигман предложил более точный термин — благополучие (well-being). Его модель легла в основу одноименного корпоративного индекса, который сегодня многие компании используют для оценки состояния команды. Он включает шесть факторов: позитивные эмоции, вовлеченность в работу, отношения в коллективе, ощущение смысла, профессиональные достижения и финансовое благополучие. Похожую логику предлагает институт iOpener. Модель The 5Cs связывает благополучие сотрудника с его продуктивностью: вклад (Contribution), убежденность (Conviction), культура (Culture), обязательство (Commitment), уверенность (Confidence).

Как клоун стал первым директором по счастью

Прародителем директора по счастью считают Рональда Макдональда. В 2003 году корпорация McDonald's присвоила этот титул своему клоуну-маскоту, но должность скорее была имиджевая и маркетинговая. Более зрело она начала формироваться в 2010-х в Кремниевой долине. На рынке труда развернулась острая война за таланты, особенно среди разработчиков. Компании поняли: платить больше конкурента недостаточно, нужна среда, в которой люди хотят оставаться.

Чад-Мень Тан первоначально пришел в Google инженером-программистом. Когда корпорация разрешила сотрудникам использовать 20% рабочего времени на собственные увлечения, Чад-Мень потратил свое на создание курса медитации и эмоционального интеллекта «Ищи внутри себя» (Search Inside Yourself). Программа оказалась настолько востребованной, что вышла далеко за пределы корпорации, а Тан получил официальную должность Jolly Good Fellow — «Веселый добрый парень». Его должностная инструкция и вовсе напоминала буддийскую мантру: «просветлять умы, открывать сердца, создавать мир во всем мире».

Свою версию счастливой корпоративной культуры строил Тони Шей, CEO Zappos. В ее основе лежала «наука обдумывания, счастья и одержимости клиентами». Новым сотрудникам предлагали уйти через неделю работы в обмен на бонус от 1000 до 4000 долларов в зависимости от должности. Шей считал это фильтром: человек, не разделяющий ценности компании, рано или поздно обойдется дороже. К слову, возможность использовали лишь 2–3%. Бизнесмен пошел дальше и заменил классическую иерархию на холакратию (систему самоуправления), где у каждого есть автономия и право голоса.

Но настоящий бум СНО случился пару лет назад. HR-специалисты связывают его с ростом тревожности в обществе и эмоциональной нестабильности на фоне пандемии, геополитических сдвигов и социальных изменений. Добавьте к этому зумеров, которые в массе своей отказываются от модели «работа ради работы» и ищут осмысленности, поддержки и вовлеченности. У противоположного подхода есть конкретная цена. По данным Gallup, в 2025 году вовлеченными в работу оказались лишь 20% сотрудников, что ежегодно обходится мировой экономике примерно в 10 триллионов долларов.

Сегодня во многих крупных компаниях есть руководители или целые отделы, отвечающие за благополучие сотрудников, хотя названия должностей разнятся. Допустим, в Airbnb это руководитель направления по опыту сотрудников (Global Head of Employee Experience), в Coca-Cola — вице-президент по преимуществам и благополучию (Vice President, Global Benefits & Well-Being), в TikTok — руководитель стратегии благосостояния и инноваций (Wellbeing Strategy & Innovation Leader).

На белорусском рынке позиция CHO в чистом виде пока не существует, но функцию реализуют через well-being-программы. Пример — «БелВЭБ.Благополучие». Она работает по трем уровням влияния (человек, семья, мир) и охватывает четыре направления: ментальное и физическое здоровье, профессиональное и личностное развитие, поддержка семьи и сопричастность к жизни общества.

Счастье не за горами, а в штатном расписании

Задача CHO — создать условия, при которых сотрудники чувствуют себя комфортно. Только едва ли найдутся хотя бы два человека с абсолютно одинаковыми потребностями, особенно если речь идет о работе. Пирамиду Маслоу никто не отменял: если нет достойной зарплаты или гарантированного соцпакета, рассуждать о высоких материях бессмысленно. Но, как говорится, не в деньгах счастье — по крайней мере, не только в них. В долгосрочной перспективе рост абсолютного дохода не увеличивает удовлетворенность жизнью, поскольку наступает насыщение. Экономисты называют это парадоксом Истерлина.

Согласно исследованию СберУниверситета, 79% сотрудников важно понимать полезность своей работы, 75% — ее смысл. Именно здесь и начинается зона ответственности директора по счастью: выстроить мосты между личными целями и миссией компании. Инструменты при этом у каждой организации свои. Одним из мировых эталонов корпоративного well-being считается компания Salesforce. В штаб-квартире в Сан-Франциско на каждом этаже оборудованы комнаты тишины для тех, кому нужно отдохнуть после гула опенспейса. Рабочие места оснащены столами для работы стоя, зоны общего пользования спроектированы так, чтобы люди больше двигались в течение дня. В интерьере много дерева, живых стен из растений и естественного света, что снижает уровень стресса.

А в российской компании «Юнисофт» директор по счастью помогает каждому составить план профессионального и личностного роста и регулярно отслеживает прогресс. Здесь же действует система «Герои месяца»: коллеги сами голосуют за тех, кто внес наибольший вклад в общее дело. Раз в квартал проходит «День открытых дверей»: любой может представить руководству идею по улучшению работы компании, лучшие предложения внедряются, авторы получают бонусы.

«ВкусВилл» пошел дальше и создал целый отдел счастья, который отвечает за комфортную среду для команды поддержки. Одна из инициатив называется «нытинги» — встречи, на которых можно выговориться и пожаловаться.

Как показывает отчет Wellhub за 2024 год, подобные практики целесообразны. 95% компаний фиксируют положительный эффект от программ благополучия. Почти две трети из них сообщают: на каждый вложенный доллар они получают не менее двух обратно.

А минусы будут?

Британский социолог и экономист Уильям Дэйвис, директор Центра политэкономических исследований Лондонского университета, в книге «Индустрия счастья» отметил, что повальная увлеченность счастьем и погоней за ним приобретает в современном обществе все более странные, а подчас и извращенные черты. Немалая заслуга в этом у позитивной психологии, идеи которой понимают слишком примитивно. Запустился конвейер: книги, сулящие счастье каждому читателю, приложения, измеряющие уровень счастья по пульсу, и прочие «счастьеобразующие» товары. Быть несчастливым становится почти дурным тоном.

«Переход от постиндустриальной эпохи к информационной изменил характер труда, — констатирует Дэйвис. — На первый план все больше выходят психологические требования: такие как интеллект и навыки общения с заказчиками или клиентами».

Руководителям волей-неволей приходится брать на себя функции психологов, следить за душевным состоянием подчиненных. Крупные компании нанимают лучших шеф-поваров, оборудуют комнаты для массажа, строят на офисной территории спортзалы, бассейны и теннисные корты. Звучит как забота, но Дэйвис видит здесь манипуляцию: все эти блага призваны покрепче привязать человека к офису и тем поднять его производительность. Топ-менеджеры, по его мнению, ведут себя как недальновидные родители, которые уверены, что единственный способ завоевать любовь ребенка — завалить его игрушками. Социолог уверен: нельзя сделать человека счастливым, не спросив, чего он хочет. А желания большинства едва ли сводятся к тому, чтобы проводить жизнь, не покидая офиса.