Как меняются статус и функции миллионеров и миллиардеров в современном мире

Заначка дяди Сэма

На вопрос «В какой стране мира миллионеров больше всего?» читатель ответит без труда: в США. На эту страну приходится порядка 40% обладателей чистого капитала свыше $1 млн. «Американская мечта» — это история про то, что миллионером может стать даже чистильщик обуви. Правда, в последние полвека она изрядно потускнела — сказались и долларовая инфляция, и стремительный подъем стран третьего мира. Поголовье миллионеров не сокращается, а растет, однако это уже не те миллионеры, о которых мы читали в глянцевых журналах парой десятилетий раньше.

Только 36% миллионеров в США считают себя богатыми. И тоже жалуются на жизнь, усматривая негатив в инфляции (73%), ухудшении экономической конъюнктуры (62%) и повышении налогов (48%). Заодно выясняется, что нынешним миллионерам, как и простым смертным, много не нужно: согласно «Исследованию современного благосостояния» Чарльза Шваба (2025), американцы убеждены, что материальное благополучие — это в среднем $839 тыс. собственного капитала (т.е. меньше миллиона), а богатство — всего-навсего $2,3 млн.

Все медийные лавры (и антилавры) предсказуемо достаются миллиардерам — рейтинги, публикации, инфоповоды. Однако применительно к Америке нам интересны не миллиарды, а массовость миллионеров как социального слоя. Как у них это получается?

По данным Бюро статистики труда США, средний недельный заработок работников с полной занятостью в 2025 году — около $1200, или $60 тыс. в год. Теоретически можно откладывать, хотя сами американцы в соцсетях плачутся, что делать это все сложнее. По оценке Indeed, предприниматель в год зарабатывает в среднем $102 448. Уже лучше — бизнесмену (даже самого низкого полета) сберегать заметно проще, чем наемному работнику, так как он оперирует большим объемом средств.

Но с точки зрения рода деятельности миллионеры далеко не всегда являются бизнесменами. Среди них обнаруживаются юристы, менеджеры, бухгалтеры, инженеры, даже учителя. Если верить Национальному исследованию миллионеров, лишь 15% попавших в выборку занимали высокие управленческие должности и могут причислить себя к топ-менеджменту. Исследование развеивает еще один распространенный миф — о том, что миллионеров обучают в элитных учебных заведениях. Это справедливо лишь относительно 8% респондентов, в то время как две трети (62%) окончили отнюдь не престижные госвузы. Вместе с тем со знаниями у них все в порядке: высшее образование присутствует у 88%, магистерские или докторские степени — у 52%.

Получается, что секрет среднестатистического обладателя капитала в размере от $1 млн связан с тем, как он распоряжается деньгами, а не с тем, как он их зарабатывает. Лайфхаки «как стать богатым», которые вы наверняка не раз читали, стандартны: инвестировать, наращивать доходы и сокращать расходы, увеличивать активы и снижать долги, держать небольшой резервный фонд на черный день и т.п. В протестантских странах любят и умеют делать все перечисленное. В США 94% миллионеров тратят меньше, чем зарабатывают, свыше 70% никогда не имели задолженности по кредитам, 93% активно пользуются скидочными картами и купонами.

Американцы — мастера получать пассивный доход, вкладывая во все, что способно его принести. Секрет «американской мечты» — чрезвычайно развитая финансовая система плюс высокая культура сбережений и инвестиций, дополнительно тренируемая государством с помощью пенсионных и страховых планов. Почти три четверти американских миллионеров прибегают к услугам финансовых консультантов, 49% считают, что их финансовое планирование требует улучшения. Чего еще мы не упомянули? Сущие мелочи: без малого век пребывания в статусе первой экономики мира и эмитента главной глобальной резервной валюты. Как говорится, тогда есть что откладывать.

«Нувориши» vs «наследники»

В июне 2025 года немецкий ресурс DataPulse опубликовал вызвавший затяжной резонанс ранкинг странового распределения доли состоятельных людей, унаследовавших свое богатство, и доли тех, кто стяжал его самостоятельно (self-made). Прошлись по миллиардерам: исследование довольно красноречиво характеризует специфику происхождения крупных капиталов и отношение к богатству в разных регионах мира. В Штатах, согласно Национальному исследованию миллионеров, 79% исследуемых не получили никакого наследства, 21% — получили, лишь 3% — унаследовали $1 млн и более. Примерно 80% — выходцы из семей со средним или ниже среднего уровнем дохода. С золотой ложкой во рту родились лишь 2%.

С миллиардерами ситуация схожая: в США 27% унаследовали свои активы, 73% — сколотили состояние сами. В таких странах, как Китай и Россия, это распределение трансформируется в 3% богатых наследников и 97% self-made. Это большие экономики, четко артикулирующие претензии на дальнейший рост. И миллиардеры в них из тех, кого в старину называли «скоробогачи» (а то и пренебрежительно — «нувориши») или «новые деньги», поднялись быстро. Сюда же примыкает еще ряд стран — скажем, Великобритания (11% наследственных капиталов) и, как ни странно, Чехия (18%). Схожая динамика в Азии: в ранкинге высокие позиции у Индонезии (30% наследников), Тайваня (35%) и Израиля (26%). «В этих странах часто формируется динамичная культура стартапов, происходят технологические прорывы, а барьеры на пути к предпринимательскому успеху сравнительно низкие», — констатирует исследование.

Ровно наоборот обстоит дело в континентальной Европе. Крупные европейские капиталы, как правило, наследственные — так называемые «старые деньги». В лидирующей по количеству миллиардеров Германии 75% их списочного состава приходится на унаследованные состояния, лишь 25% заработаны сравнительно недавно. Для Испании эти показатели составляют 74 и 26% соответственно, для Бельгии — 73 и 27%, для Италии — 64 и 36%, для Швеции — 58 и 42%, для Франции — 56 и 44%. Это те самые деньги, которые любят тишину и мигрируют в направлении Швейцарии или британских офшоров. Инвестировать владельцы состояний такого происхождения склонны гораздо меньше, чем сберегать.

DataPulse называет европейский крупный капитал «династическим». В своих подсчетах ресурс опирается на прошлогодний рейтинг Forbes c оговорками, что такая методология не учитывает суверенные фонды, капиталы монархических династий, волатильность развивающихся рынков и пр. Распределение долей наследников и самоучек для надежности обработали ИИ, чтобы получить «среднюю температуру миллиардера по палате»: две трети self-made и треть наследников.

Современная европейская научная мысль настроена к крупным капиталам однозначно: взять и «раскулачить» через ставки налогообложения, которые в ЕС и без того высоки. Но решение проблемы фискальными средствами не предполагает отличий между унаследованными и благоприобретенными миллиардами. Между тем даже модные евроэкономисты вроде Тома Пикетти, переписавшего Маркса в бестселлере «Капитал в XXI веке» (2013), такую разницу усматривают.

Выбор между самоотверженно сберегающими, чтобы отважно инвестировать, self-made и опасливыми наследниками становится одним из ключевых факторов не только экономического роста, но и формирования видения будущего. В доказательство DataPulse цитирует профессора социологии Томаса Друйена: «Когда богатство передается по наследству, а не зарабатывается, доверие к справедливости падает. Общественный договор начинает трещать по швам. Там, где молодое поколение верит, что успеха можно добиться упорным трудом, процветают амбиции. Но когда экономическая мобильность кажется недостижимой, растет разочарование».